Из советской грязи в либеральные князи

Тот явный геноцид, который проводился на всех уровнях правившими в России «либеральными демократами» по отношению к населению в период пресловутых «рыночно-демократических реформ» является беспрецедентным по своему размаху даже на фоне преступлений эсэсовцев и красных комиссаров.

Если даже абстрагироваться, насколько это возможно в данном случае, от геополитики и идеологии, и оценивать российские «рыночно-демократические реформы» по принципу «черного ящика» (состояние социально-экономической и политической системы по основным, жизненно-значимым параметрам до реформирования, и ее состояние по этим же параметрам после реформирования), то и тогда результаты российских «рыночно-демократических реформ» следует признать крайне отрицательными.

Даже духовные лидеры советских диссидентов, категорически отвергавшие коммунистические ценности, вынуждены были констатировать, что в результате «рыночно-демократических реформ» народ впал в нищету. Так, например, бывший «лагерник», профессор А. Синявский писал в данной связи: «Я не могу понять, как интеллигенция могла отвернуться сейчас от собственного народа, который был просто ограблен и обнищал в результате реформ, проведенных в России Ельциным и Гайдаром».

Впрочем, катастрофические для России результаты правления «демократических реформаторов» - были вполне предсказуемы. Еще И. А. Ильин - известный русский религиозный (православный) философ, писал, что результаты правления либеральных демократов, которые придут на смену большевикам после неизбежного краха коммунистического режима – будут именно таковыми. На смену же антинациональной власти либеральных демократов, согласно Ильину, должна будет придти власть национально-ориентированных, патриотически настроенных государственников, а иначе, Россия – просто не выживет. Как мы видим, предсказания Ильина оказались пророческими: история полностью их подтвердила - власть политических «босяков», «Иванов, своего родства непомнящих» - канула в Лету, и на смену ей пришла власть национально-ориентированных государственников.

Следует особо подчеркнуть, что ельцинский режим был ортодоксальным либерально-демократическим режимом, а вовсе не каким-то «политическим уродцем», возникшим в результате «извращения классических либерально-демократических принципов». От западных либерально-демократических режимов этот режим отличался лишь меньшей завуалированностью своей политики: в ельцинизме истинная мизантропская сущность политической идеологии либерализма проявилась в явной, неприкрытой форме.

Тот факт, что российские «демократические реформаторы» проводили свои пресловутые «рыночные реформы» большевистскими методами не вызывает удивления: ведь они, в массе своей – бывшие коммунистические идеологи и функционеры. То есть, в большинстве своем они «вышли из сталинской шинели» и, несмотря на всю их демократическую риторику, навсегда остались «блудными сыновьями» «отца народов», так и не сумевшими окончательно разорвать пуповину, связывающую их с идеологией «великого перелома». Вот они и осуществляли свои пресловутые «демократические реформы» методами «великого перелома» «a la Сталин».

Возвращение этих «блудных сыновей» сталинизма, отправившихся в «свободное плавание по волнам либерализма» в сталинский «отчий дом», было, таким образом – естественным и органичным. В результате их «бурной деятельности» в России сформировался, так называемый, «криминально-клановый капитализм» - чудовищно уродливое, не имеющее ни каких перспектив развития социально-экономическое образование.

Впрочем, никакого противоречия между «благой» целью и «дурными» средствами ее достижения здесь нет: коммунистический и либерально-демократический режимы преследуют, в сущности, одну и ту же цель – максимально закабалить человеческий дух. Разница между ними лишь в том, что либерально-демократический режим делает это в более завуалированной форме, чем коммунистический режим. Эти режимы различны лишь на уровне форм проявления, на уровне же сущности – они идентичны: это лишь две идеологических формы «техногенного общества», две внешне различных, но идентичных по своей сути разновидности «денежно-технологической» цивилизации.

Когда либерализм предстанет перед судом истории, то он будет квалифицирован как античеловеческая идеология, с не меньшим на то основанием, чем национал-социализм. А рано, или поздно это произойдет. Коль либерализм и коммунизм осудили на Нюрнбергском процессе национал-социализм, как идеологию, хотя, по своей мизантропской сущности ничем ему не уступают, то, они, в свою очередь, также предстанут перед судом, не только Высшим, Божиим, но и судом истории, человеческим судом. Ведь сказал Спаситель в Нагорной проповеди: «Не судите, да не судимы будете; Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить». (Матфей, 7:1-2).

О сталинском коммунизме в данном контексте и говорить нечего – его преступления стали уже притчей во языцех. Но американский либерализм, ничтоже сумняшися, стал судить национал-социализм, после того, как совершил невиданное еще по своей чудовищности в истории человечества преступление – подверг атомной бомбардировке мирные города Японии – Хиросиму и Нагасаки.

Государство, фундамент которого составили «пассионарные» отбросы европейской цивилизации, ничего не имеющие за душой, выброшенные в Новый Свет, как на помойку истории, поскольку в Старом Свете они не смогли найти себе достойного места в жизни, приняло решение об атомной бомбардировке городов, принадлежащих одной из древнейших цивилизаций человечества, внесшей неоценимый вклад в сокровищницу мировой культуры! Вот уж, действительно – «Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынут сучек из глаза брата твоего». (Матфей, 7:5).

Мы уж не говорим о совершенно варварской политике, проводимой «цитаделью либеральной демократии» - США, по всему миру после Второй мировой войны – от Кореи и Вьетнама, до Сербии и Ирака. Впрочем, варвары, во все времена ведут себя, как варвары. Цивилизация, созданная «пассионарными» плебеями, всегда будет оставаться плебейской, варварской по своей внутренней, глубинной сути – из гнилого, зловонного болота, в котором «родительские корни», сам себя, подобно барону Мюнхгаузену, за волосы не вытащишь, как не пыжься.

Особенно уродливые формы «рыночные преобразования» в России приобрели еще и потому, что доморощенный российский либерализм, говоря словами Юлиуса Эволы - «вывел на арену борьбы касту шудра, так называемую «темную» касту (кришна) и демоническую касту асурья, над которыми в Индии, как форма над хаосом возвышается иерархия трех высших каст дваждырожденных - двиджа - вплоть до типа брахманов и королей, почитающихся там «великими богами в человеческом облике».

Всплывшие мутной пеной на бурной волне «рыночно-демократических реформ» всевозможные отбросы общества (плебеи - «шудра», и закоренелые преступники - «асурья») из кожи лезли вон, чтобы перейти в «варну вайшья» (принявшую в России уродливую форму «варны» беспринципных «ростовщиков-процентщиков и торгашей-спекулянтов») и трансформироваться в «новых русских» - ничтожных нуворишей, объявленных «солью земли». Существовавшая тысячелетиями иерархическая пирамида, когда на самом верху находятся «брахманы» - духовные лидеры, ниже – «кшатрии» - военная и гражданская аристократия, еще ниже – «вайшья» (ростовщики, торговцы, ремесленники, земледельцы и т. д.), еще ниже – шудра (зависимые слои населения – слуги, рабы и т. п.), и в самом низу - дасью, чандала (социальные изгои всех мастей) - оказалась полностью разрушенной.

«Солью земли» были объявлены выходцы из «темной» касты шудра и демонической касты асурья (дасью, чандала), то есть – низкопробные плебеи, социальные отбросы и явные преступники, которые стали «новыми русскими», представлявшими собой злую пародию на рыночную «экономическую элиту». Этот «человеческий мусор» вобрал в себя, в качестве наиболее омерзительной своей составляющей, чиновников-коррупционеров, облепивших, подобно ненасытному спруту, все «ветви власти» сверху до низу. В результате, сформировался, так называемый – «криминально-клановый капитализм» – чудовищный мутант, выглядевший мерзким уродцем, даже по сравнению с азиатскими разновидностями рыночной экономики.

Даниил Андреев отмечал, что, начиная с XX века, в социально-политическую сферу деятельности стали вовлекаться логикой событий, прежде всего, деятели, представляющие собой в духовном отношении – отбросы общества: «рубеж XX века как раз и явился той эпохой, когда закончился расцвет великих литератур и искусств, великой музыки и философии. Область социально-политического действия вовлекает в себя - и чем дальше, тем определенней - не наиболее духовных представителей человеческого рода, а как раз наименее духовных. Образовался гигантский вакуум духовности, не существовавший еще пятьдесят лет назад, и гипертрофированная наука бессильна его заполнить». Своего рода апофеозом этого «отрицательного отбора» во властные структуры общества как раз и явилась «криминально-клановая» революция 1990-х годов в России.

Российские «демократические реформаторы», получив относительно высокий статус в «царстве Кесаря», с апломбом, присущим самодовольным посредственностям, неожиданно для них самих выскочившим «из грязи в князи», возомнили себя «вершителями судеб мира», хотя, в действительности, являлись в массе своей лишь послушными марионетками в руках заокеанских манипуляторов.