Выбирайте объекты для ненависти

Столкнувшись в процессе и по итогам грузинской операции с суровой реальностью информационной войны, Россия встала перед задачей работы в сфере языка и информации как таковой. Важнейшая составляющая власти – сфера высказываний, идеологии и широко понятого пи-ара. В современной России эта область явно «провисает». Так что в деле ответственного «самоизложения» государство и общество делают сегодня только первые робкие шаги. В очередной раз Россия как бы рождается заново для самой себя и для всего мира.

Интересным артефактом этого процесса стало видеоэссе российского журналиста Дмитрия Киселева, вышедшее в эфир на канале «Вести» и затем широко разошедшееся в сети Интернет. В течение нескольких минут автор рассуждает о таком явлении, как русофобия в его политическом измерении. Естественно, повод говорить об этом именно сейчас дают последние события, развернувшиеся вокруг российско-грузинского конфликта. Однако, как это демонстрирует господин Киселев, актуальность включена в гораздо более широкий контекст. На многочисленных примерах из истории международных отношений автор демонстрирует перманентный характер патологического отношения Запада к России – именно патологического. Имя этому болезненному явлению дал великий русский поэт Федор Тютчев, и имя это – русофобия.

Автор убедительно показывает, что остервенение, с которым сегодня обрушиваются на Россию Кондолиза Райс и Михаил Саакашвили отнюдь не является чем-то уникальным. Иррациональная ненависть к России и русскости, убежден Дмитрий Киселев, составляет основу, отправную точку всех дальнейших построений, в которых международное право, его приложение и интерпретации, а также аргументы иных порядков играют роль рационализации, подкрепления задним числом со стороны атлантистского лагеря.

Вот что написал об этом Тютчев: «Мы видим, что никакие нарушения в области правосудия, нравственности и даже цивилизации, которые допускаются в Европе, нисколько не уменьшили пристрастия к ней… Словом, в явлении, которое я имею в виду, о принципах как таковых не может быть и речи, здесь действуют только инстинкты, и именно в природе, и именно в природе этих инстинктов следовало бы разобраться».

Феноменология явления, о котором идет речь, описана автором эссе хоть и сжато, но достаточно исчерпывающе. Однако, прямого ответа на вопрос о причинах этого самого явления мы не получаем. То самое разбирательство в природе инстинктов, о которых говорил Тютчев, как бы откладывается или, быть может, дается зрителю в качестве задания для самостоятельной работы.

В принципе, зритель может самостоятельно сделать заключение на этот счет, и исторические примеры, в обилии приводимые в сюжете, подсказывают: вопрос о моральной и политической состоятельности русских всегда ставился внешними врагами России в контексте военно-стратегического противостояния – будь то эпоха «большой игры» между Российской и Британской империями, «холодная война» или наши дни. Правовая риторика служит лишь лукавой вуалью для жестокого и по сути своей неизменного процесса геополитического противостояния цивилизаций, где каждая из враждующих сторон естественным образом опознает врага как такового и наделяет его в своем сознании соответствующими качествами.

Все это, безусловно, так, однако, кое-что подсказывает нам, что дело обстоит несколько сложнее. Недаром автор заводит речь о таком тревожном явлении, как русофобия внутри России. «Русофобия живет внутри России», - говорит Дмитрий Киселев, и мы не можем не отнести его слов на счет антинационального либерального лобби в современной России, реальность и деструктивная сущность которого так откровенно обнажилась в критический для нашей страны момент.

Так же, как и в случае с русофобией внешней, внутренняя русофобия имеет свою историю. Вот слова другого деятеля русской культуры – публициста Михаила Каткова: «Наша интеллигенция выбивается из сил, желая показать себя как можно менее русской, полагая, что в этом-то и состоит европеизм. Наше варварство в нашей иностранной интеллигенции. Истинное варварство ходит у нас не в сером армяке, а больше во фраке и даже в белых перчатках».

Каким же образом смогло возыметь место такое противоестественное явление, как русская русофобия, подрыв национальной идентичности и национальных сил из недр нашей собственной общественной жизни? Мы убеждены, что исследование истории и структуры этого явления, равно как и необходимая систематическая борьба с ними, должна стать одной из первейших статей государственной стратегии России на ближайшее будущее.

Не будем вдаваться в подробное описание конкретных форм данного явления. Упомянем лишь о том, что в настоящий период все это связано преимущественно с историей советско-российской «пятой колонны», сопровождаемой западными шпионскими сетями, работающими в России со времен позднего СССР. Все это имеет самое непосредственное отношение к практике сетевой войны США против России.

Исчерпывающим образом принципы функционирования «русофобии в России» раскрыты доктором политических наук, профессором МГУ Александром Дугиным в его оригинальном политико-философском учении об археомодерне. Согласно глубинному социо-культурному анализу Дугина, противостояние российских элит интересам русского народа является одним из проявлений идеологической экспансии Запада в Россию. Речь идет о настоящей войне, но на этот раз – в сфере языка, в сфере интерпретаций и самого знания.

Европейский расизм, ксенофобия белого человека романо-германской цивилизации, о которых говорил еще отец-основатель евразийства князь Николай Трубецкой, являются исходным импульсом не только военно-политической, но и гносеологической конкисты, предпринимаемой активистами цивилизационной миссии Запада в отношении всех остальных народов и традиций мира. В случае России результатом этого процесса стал фундаментальный перекос в структуре общественного сознания.

Интеллектуальные и политические элиты, в своей идее призванные служить интересам того, о чем профессор Дугин говорит как о «Русской Вещи», подпали под мировоззренческий диктат противника. В процессе модернизации и усвоения культурного влияния Запада (напомним – все это длилось веками) образованные и могущественные люди впали в глубокое отчуждение от своих национальных корней на всех уровнях и, по сути, превратились в злокачественный, враждебный элемент.

Сегодня мы своими глазами видим, как политическое руководство страны через серию значительных политических жестов как бы исцеляется в этом отношении и входит в соответствие со своей ролью. Гораздо хуже дело обстоит с элитой интеллектуальной, с этим современным аналогом жреческих институтов империй древности. Не только в средствах массовой информации, но до сих пор даже и на официальных государственных мероприятиях и консультациях тон задают люди, чье сознание в лучшем случае раздвоено. Стоит только себе представить: отправление важнейших общественных функций лежит сегодня не просто на некомпетентных, но откровенно враждебных кадрах. И в таком-то состоянии Россия вступает в глобальное противостояние с геополитическим противником!

Совершенно очевидно, что если в стране не начнется систематическая работа по изживанию внутреннего зла, успеха в развернувшемся противостоянии не видать. При этом сам тот факт, что продукты массовой информации, подобные разбираемой нами работе господина Киселева, имеют место и спрос, вселяет надежду на то, что руководство нашей страны, равно как и представители здоровых и вменяемых сил в самом интеллектуальном лагере, близки к осознанию этой необходимости.

Важны заключительные слова, которые произносит господин Киселев в своем сюжете. Эти слова о любви. О «любви, с которой наши предки строили Россию». Родина, также как наш собственный дом, семья и сама наша жизнь живы любовью. Нашей любовью. А тем, кто не любит Россию, должен быть возбранен доступ как к центрам принятия решений, так и к центрам осуществления влияний.