Советская закалка с евразийским прицелом

Вчера киргизские депутаты решили узаконить день «тюльпановой революции»: комитет Киргизии по труду одобрил законопроект, авторы которого предлагают объявить 24 марта нерабочим днем.

Вчера же глава дипломатической миссии Кыргызстана в России Раимкул Аттакуров во время встречи с Статс-секретарем, заместителем МИД России Григорием Карасиным вручил на имя Президента России Владимира Путина копии верительных грамот, при этом представитель Кыргызстана заверил в том, что в новом качестве все усилия будут направлены на укрепление союзнических и партнерских отношений.

Надо заметить, что в отличие от остальных бывших советских республик, переживших те или иные политические потрясения, отношения между Кыргызстаном и Россией при Владимире Путине оставались ровными и почти не осложнялись ни политическими, ни экономическим скандалами. Принцип «невмешательства» России во внутренние дела Киргизии наиболее четко прослеживался в момент отстранения от власти Аскара Акаева в 2005 году – т. н. «тюльпановая революция». Противостояние весной 2007 между президентом Курманбеком Бакиевым и оппозицией во главе с Феликсом Куловым также завершилось без какого-либо видимого российского влияния.

Россия, не действующая на постсоветской территории – явление привычное, и, в чем весь ужас, может уже и закономерное. Немало неприятностей нажили мы себе этой самой политикой «невмешательства». Впрочем, в случае с Кыргызстаном России, похоже, повезло – под боком у нас не завелся еще один «американский авианосец». Ситуацию в Кыргызстане комментирует в своем интервью главный редактор журнала «Дипломат», политолог Юрий Владимирович Тавровский.

- Хотелось бы обсудить с Вами ситуацию вокруг Киргизии. Когда произошли киргизские события - революция и свержение Аскара Акаева, большинство комментаторов сходились во мнении, что речь идет о повторении «цветных» революций на постсоветском пространстве, которые докатились до центральной Азии, и что Киргизия также оторвется от России, встанет на прозападный путь вместе с Саакашвили, Тимошенко и Ющенко. Но выяснилось, что все не совсем так - Киргизия начала делать доброжелательные жесты в сторону России. Как Вы оцениваете всю эту ситуацию? Почему такое расхождение в анализе?

Мне кажется, что реальная политика и наши журналистские, политологические комментарии очень часто расходятся. Реальная жизнь совсем другая. За киргизскими событиями, конечно, стояло немало сил: там через свои посольства, через свои фонды действовали и американцы, и европейцы. У них были одни сценарии, которые и отразились в части тех газет, журналов, телеканалов, которые ориентируются на них. Были свои интересы у киргизов, у разных кланов элиты (южане, северяне). Были свои интересы и у России. Были свои интересы у Китая. Много игроков, которые двигают фигуры на клеточках большой доски. Наверное, это сложение нескольких векторов и их противодействие и вызвало такой неоднозначный характер того, что там произошло.

- Как, с Вашей точки зрения, удалось объединить Феликса Кулова и Курманбека Бакиева? Источник революции в Киргизии был на Юге, многие наблюдатели говорили, что сейчас Бакиев приведет с собой южные кадры после засилья акаевского северного клана. Соответственно, одной из целей ряда политических сил в Киргизии была не допустить создание этого альянса Кулова с Севера, который был конкурентом Акаева, и Бакиева, который представляет интересы южных кланов. Как удалось впрячь этих противоречивых политиков в одну систему, обеспечив тем самым беспроблемные выборы президента?

Что сделала Россия для Киргизии в первую очередь? В советские времена мы вырастили элиту, настоящую элиту, не местечковых лидеров, а людей, которые способны мыслить категориями своей страны и окружающего мира, и Кулов, и Бакиев, и многие другие – это люди, которые способны правильно понимать национальные интересы. Они понимали, что есть опасность распада страны, опасность гражданской войны, опасность вмешательства внешних сил, и они преодолели, они отошли от этой грани именно благодаря тому, что это элита, это действительно элита. У всех у них есть свои корни, в том числе и региональные, это Юг, Север, Бишкек, но в конечном итоге произошла эта химическая реакция, и из разных элементов произошло создание сплава, который называется нынешним киргизским руководством.

- С вашей точки зрения роль Москвы в создании композиции такого сплава была решающей? Либо же это в большей степени самосознание киргизских лидеров, которые сами выбрали эту модель как наиболее устойчивую, как наиболее перспективную? В какой степени этот процесс явился результатом наших манипуляций политтехнологов, о чем много пишут в прессе?

У меня нет данных, что Москва напрямую вмешивалась в этот процесс.

- Бакиев сказал, что ему политтехнологи советовали объединиться.

Да, но политтехнологи - это не официальная Москва, а посол или представитель Совета Безопасности ведь не приезжал, ничего не говорил.

- В наше время это уже не делается официальными лицами.

Но для них было важно знать, что Москва наблюдает с сочувствием, что Москва все понимает и Москва придет на помощь в самых разных формах, если это потребуется. Это осознание того, что они для нас не чужие, и мы для них не чужие, это очень здорово, это и есть то, что называется евразийским духом.

Беседовал Александр Дугин