Евразийский вектор Приднестровья

Десять лет исполняется сегодня, 17 сентября 2016 года, со дня референдума о независимости и присоединении к России, который прошёл в Приднестровской молдавской республике (ПМР) в 2006 году. 97,2% граждан, принявших участие в голосовании, поддержали курс на независимость ПМП и последующее свободное вхождение в состав РФ. Обращает на себя внимание тот факт, что 9 сентября 2916 года вышел указ президента республики, Евгения Шевчука "О реализации итогов референдума".

А чуть ранее, 2 сентября, в Приднестровье отпраздновали День независимости. Но не всякая независимость одинакова. В одних случаях мы осуждаем отделение того или иного фрагмента, народа или этноса от того или иного государства, называя это сепаратизмом и предлагая жёстко с ним бороться. В других случаях, напротив, как с Приднестровьем, горячо поддерживаем и называем самоопределением или возможностью сохранить свою идентичность. Так в чём же разница? Как разобраться, где независимость благая, а где – негативная, как отделить сепаратизм от самоопределения, и на чью сторону встать в каждом конкретном случае? Разобраться, на первый взгляд, очень не просто. И здесь, как нельзя кстати, нам на выручку приходит геополитика.

Геополитика утверждает существование двух типов цивилизаций – цивилизации моря – таласократия, и цивилизация суши – теллурократия. Об этом сегодня знает не то что школьник, но даже воспитанник детского сада. В соответствии с этой геополитической маркировкой мы выбираем сторону – либо мы на стороне Евразии, сухопутной цивилизации, а значит мы геополитические евразийцы, либо же на стороне морского могущества, морской цивилизации – тогда уж, напротив, атлантисты.

В соответствии с выбранной позицией и оценивается та или иная независимость. Так, если вы евразиец, стоящий на стороне сухопутной геополитики, то выделение в пользу Евразии – коим и является процесс создания Приднестровской молдавской республики, провозгласившей независимость от Молдовы ещё 2 сентября 1990 года, для вас явление исключительно положительное. Тем более, что сама Молдова, а тогда ещё Молдавская советская социалистическая республика, выбрала как раз-таки противоположный геополитический вектор, устремившись в Европу, а с точки зрения геополитики – в лоно атлантистской цивилизации, во всём противоположенной нашей цивилизации, евразийской. Теперь понятно, почему, как говорят, международным, а на самом деле – западным сообществом независимость Приднестровья не признаётся, а западные политики продолжают считать его частью Молдавии.

То же касается идентичности. Подход западной, атлантистской цивилизации – унификационный. Всех под одну гребёнку – модернизировать, вестернизировать, подогнать под западные либеральные стандарты, унифицировать, смешать в плавильном котле. Никому из тех, кто попал под западный цивилизационный каток, избежать этого не удалось. И далее – не удастся.

Совсем другое дело наш, евразийский подход: максимально плюралистичный, сохраняющий многообразие культур, языков, традиций в рамках стратегического единства. Только в рамках евразийского образования можно сохранить свою идентичность. Таков же и Русский Мир, с большой любовью и уважением относящийся ко всякому, даже самому малому народу, сохраняя и пестуя его идентичность, культуру и особенности.

Не удивительно, что русским Приднестровья стало неуютно в том новом, провозглашённом в момент распада СССР молдавском национальном государстве, замахнувшимся на идентичность русских и определившего для всех единый национальный стандарт. Как впрочем, неуютно стало осетинам и абхазцам в грузинском национальном государстве, а русским Крыма и Донбасса – в украинском. Насильственное огрузинивание, омолдавливание или украинизация не может понравиться никому. Идентичность – это суть человека, его базовая основа, за которую он готов сражаться, в том числе, и с оружием в руках. Человек может сменить идентичность на другую – но только добровольно. Тогда, когда это его сознательный, экзистенциальный выбор. Во всех остальных случаях – он от неё не отступится.

К слову, в истории России тоже были эпизоды, когда, достигнув максимальных масштабов, Романовская Империя, элиты которой очень многое почерпнули с Запада, начала принудительную русификацию окраин, не считаясь с идентичностью проживавших там, пусть очень маленьких, но гордых народов. Чем это закончилось? Достаточно обратиться к истории, допустим, Кавказской войны, длившейся целый век, или к истории начала XX столетия, отличившегося парадом политических самоопределений на обломках империи, последствия которых мы не устранили по сей день.

Приднестровье – это независимость в пользу России, Русского мира и русской цивилизации в целом. Это обособление от западного, атлантистского вектора, это несогласие с глобализацией и унификацией, это сохранение русской идентичности в противовес размыванию в плавильном котле Единой Европы, куда усиленно тянут нынешнюю Молдову. А значит Приднестровье – это мы, а его выбор независимости – это наш, русский выбор. И никому его не отменить.

• Молдавия, которую мы потеряли
• Цена сотрудничества с Америкой
• По закону независимости
• Непризнанные государства: дилемма мирового политического порядка
• Россия и Великая Молдавия