Сирийский узел - война по всем фронтам

То, что происходит сейчас в Сирии, полностью подходит под определение сетевой войны как новой формы конфликта, которая появилась в начале 1990-х. Сам термин придумали американские социологи и военные, анализируя рост антиправительственных бунтов, революций и вооруженных восстаний по всему миру.

Хотя взрывы и стрельба слышались в странах «третьего мира», а в промышленно развитых государствах происходили, в основном, антиглобалистские демонстрации и погромы, эти события во многих случаях были взаимосвязаны. Например, восстание мексиканских крестьян в штате Чьяпас поддерживали общественные организации со всей планеты, но только вовлечение в конфликт активистов международной сети удержало правительство Мексики и ЦРУ от жестокой расправы над бунтарями.

Тактика и поведение сетевых воинов (как назвали широкий спектр борцов - от активистов-экологов и компьютерных хакеров до террористов и сепаратистов) начали изучаться спецслужбами и военными, в первую очередь, в США, не только для того, чтобы противостоять им, но и для того, чтобы перенять их методы. В качестве исполнителей подбирались лица из политической оппозиции, диссидентов, этнических меньшинств и т. д. А если таковых было недостаточно, то с помощью интернета и манипуляций с информацией начинала формироваться ложная идентичность и велась постоянная пропаганда для формирования необходимых настроений в массах. В некоторых случаях вовлечение большого количества граждан в процесс помогало достичь необходимого эффекта мирным путем, что получило название «цветных революций», в других - подобные инициативы заведомо были обречены на провал, поэтому «проектировщики» делали упор на военную силу, как произошло в Ливии.

Использование лозунгов радикального ислама в подобных ситуациях весьма эффективно, так как позволяет привлечь большое количество волонтеров для «джихада».

С другой стороны, страны Запада могут избавиться от своих радикальных элементов и фанатиков, позволив им выехать в горячие точки. И, в-третьих, основная графа расходов в таких случаях ложится бременем не на спецслужбы и связанные с ними структуры, а на идеологизированных правителей вроде монархов Саудовской Аравии и Катара, которые дополнительно могли использовать ситуацию для продвижения своих геополитических интересов в регионе.

В Сирии эти интересы заключаются, прежде всего, в транзите углеводородов через территорию страны. С таким предложением к правительству Сирии ранее обращался эмир Катара, но получил отказ. Сирия предпочла развивать отношения со своим проверенным союзником - Ираном, с которым давно заключен договор о взаимной обороне, и Ираком. В 2010 году был подписан договор с Багдадом, а также с Тегераном о создании газопровода с месторождения «Южный Парс». Ветки предполагалось тянуть в Ливан и Турцию, далее - в Европу. Официально об этом было заявлено в начале 2011 года, что получило название стратегии «Четырех морей». И даже когда уже начался вооруженный конфликт, соглашение между Багдадом, Тегераном и Дамаском было подписано. Согласно инсайдерским источникам в Катаре, в связи с такой «петрополитикой» руководство этой страны приняло решение инициировать полное уничтожение инфраструктуры Сирии для того, чтобы по принципу тabula rasa (лат. «чистая доска») реализовать там свой проект, в то время как саудиты имеют другую точку зрения и хотят лишь сместить действующее правительство.

Как видим, конфликт разворачивается сразу в нескольких измерениях. Кроме стратегического и политического есть также религиозный, этнический и информационный факторы, которые подливают масла в огонь текущей войны. Именно салафизм (ваххабизм) является той скрепой, которая объединяет две монархии в стремлении очистить Сирию от «неверных», среди которых не только христиане различных конфессий, но также и алавиты, которые представляют правящий класс, и шииты. Иран в данном конфликте также позиционируется как давний религиозный и ресурсный конкурент обеих автократий Персидского залива, а военная и экономическая поддержка Тегераном Башара Асада только усугубляет их рвение. И Саудовская Аравия, и Катар обеспокоены растущей мощью Ирана и его влиянием в регионе, особенно в качестве мирового центра шиизма, так как последователи этой версии ислама есть и в Саудовской Аравии, и в Бахрейне, где они составляют большинство жителей.

Сравнение Сирии с государствами, где прошли цветные революции, на наш взгляд, будет не совсем корректным. В Сербии, Грузии, на Украине и в Киргизии политические протесты проходили в основном в столицах. Здесь же все началось на периферии - первые волнения состоялись на приграничных с Иорданией территориях, потом вблизи Ливана (Таль-Калах, Ксайр), Турции и Ирака (Букамаль). Следовательно, логика развития событий была иная, так как в Сирии события начались в сельских регионах. Можно с уверенностью сказать, что этому способствовали либеральные экономические реформы, начатые Асадом еще в середине 2000-х годов. Они частично и создали базу для будущих недовольных, поскольку привели к социальному расслоению. Ситуация в чем-то напоминает некоторые республики Северного Кавказа, где молодежь из сельской местности активно пополняла ряды бандформирований, так как не видела для себя перспектив и считала делом справедливости взять в руки оружие.

Помимо этого парадигма неолиберальной экономики довлеет над конфликтом в целом. Сирия была интересна западным странам как рынок сбыта продукции и источник дешевой рабочей силы. Будь то проекты транснациональных корпораций, вхождение иностранного капитала в страну и создание там новых предприятий или долговая кабала банковских займов и программы структурного регулирования, которые Всемирный банк и МВФ навязывали по всему миру с начала 1990-х.

Теперь же Сирия представляет лакомый кусок для компаний, связанных с восстановлением гражданской и промышленной инфраструктуры, ведь войны и катаклизмы давно стали источником дохода для таких деятелей, и, как ни странно, с ними связан Госдепартамент США.

Наоми Кляйн хорошо описала этот феномен в своей работе «Доктрина шока: Становление капитализма катастроф», где, в частности, указала и на то, что если ранее вопросами преодоления последствий стихий или войн занималась ООН, то с 2004 года эту инициативу перехватили США, создав управление реконструкции и стабилизации. Это управление работает в тесном сотрудничестве с советом по национальной разведке. Самое интересное, что в списках стран, где необходимо воссоздать инфраструктуру, часто фигурируют государства, где еще не произошло ничего экстраординарного - ни цунами, ни землетрясения, ни разрушительной гражданской войны, из-за чего ряд исследователей логично предположил, что США намеренно провоцируют там конфликты, чтобы потом провести комплексную операцию и начать восстановление на выгодных для себя условиях.

То, что конфликт готовился заранее, свидетельствуют данные сирийских спецслужб. Еще до начала массовых выступлений и гражданской войны в Сирии была разоблачена широкая сеть лиц, вовлеченных в антиправительственную деятельность, что дало основания сделать вывод о том, что против государства начался реализовываться ливийский сценарий. Помимо арабских агентов эта сеть включала в себя агентуру США, Великобритании, Германии и Франции. Перехваченные данные и аресты свидетельствовали о том, что была использована современная аппаратура, спутниковые телефоны марки Blackberry, а связь осуществлялась через немецкий военный корабль, который находился на рейде у берегов Сирии. Нужно подчеркнуть, что средства связи являются важным компонентом современных сетецентричных боевых действий, так как позволяют оперативно мониторить пространство поля боя и быстро принимать решения. Не случайно Запад оказывает поддержку вооруженной оппозиции современными средствами связи.

Тактическое сетецентричное радио также было успешно апробировано американскими военными в Ираке и Афганистане. В военной операционной доктрине США, принятой за норму, есть такое понятие как петля Бойда НОРД (наблюдение-ориентировка-решение-действие).

Суть эффективного боя, согласно этой теории, заключается в том, чтобы быстрее, чем противник пройти через цикл этой петли, не давая тем самым ему шанса на инициативу. Для противостояния подобной тактике необходимо разрушить данную петлю, проникнув в одно из ее звеньев, либо накрывать врага ураганным огнем, что, в основном, и делают правительственные войска в Сирии.

Теперь об этнической стороне конфликта. Помимо курдов, которые активно поддерживались со стороны США, в том числе в Турции, в Сирии проживает множество других народов. Есть армяне, многие из которых находились в Алеппо, а также выходцы с Северного Кавказа. Они объединены собирательным названием «черкесы», и в эту группу входят также балкарцы, кабардинцы, вайнахи, адыги, абхазы, шапсуги, осетины и другие этнические группы, в том числе из Дагестана. В начале 2012 г. сирийская вооруженная оппозиция пообещала взяться и за черкесов после того, как они разберутся с Асадом. С учетом того, что черкесы традиционно служили в силовых структурах Сирии, занимая там важные посты, а во время арабо-израильских войн насчитывали большинство в рядовом составе сирийской армии и внесли значительный вклад в разгром групп исламских фундаменталистов, в том числе «Братьев-мусульман» в 1980-х, полный геноцид со стороны радикальных салафитов (при условии, что сами черкесы таковыми не являются) им обеспечен.

Необходимо отметить, что «черкесский фактор» срезонировал и в России, где сторонники радикального ислама на Кавказе (и те же черкесы) начали обвинять российские власти в поддержке «кровавого диктатора» Асада.

Турция, правительство которой долгое время уверенно манипулировало своими черкесами (в том числе и абхазскими, предоставляя молодежи бесплатное образование), незамедлительно заявила о своей поддержке и черкесам Сирии.

Туркмены - еще один народ, многие столетия проживающий на территории Сирии. Для этого этноса Анкара может предложить значительно больше преференций, включая обращения к общему тюркскому наследию, языку и культуре. Сирийские туркмены имеют зоны компактного проживания в различных районах - Лазкие, Алеппо, Хомс, Хама, Голан, Шам, а Турция начала разыгрывать эту карту еще в 1994 году, когда в городе Искандерун была создана организация взаимопомощи Байир-Буджак.

Под видом гуманитарной помощи для туркменов Сирии многие годы проводилась пропагандистская работа официальной Анкары и создавалась своя резидентура. На такую возможность указывает факт резкой активизации по туркменскому направлению политической деятельности в Турции сразу же после начала волнений в Сирии в 2011 году. Там было создано «Сирийское туркменское движение» и «Сирийская туркменская группа», которые объединились в «Сирийский туркменский блок». Кроме этого было зарегистрировано «Сирийское демократическое туркменское движение» и зонтичная организация «Сирийская туркменская платформа». Все организации имеют свои ячейки непосредственно в Сирии и, соответственно, дальнейшие виды на участие в политике.

Помимо пропаганды в социальных сетях и среди этнических туркменов у них есть также и военная структура. Она состоит из 12 объединений под общим названием «Бригада туркменской горы». Ее главнокомандующим является полковник Мухаммад Авад, под началом которого находятся боевики в провинции Латакия. Военное присутствие туркменов в Алеппо представлено Али Башером. По их словам, что, скорее всего, является неправдой, они контролируют участок в 350 км и обеспечивают безопасность для мест компактного поселения туркменов. Все военизированные объединения бригады действуют исключительно под «туркменским флагом», отдельно от пестрой смеси боевиков, террористов и всяческих авантюристов под брендом «Свободная сирийская армия» (ССА) и недавно созданного генерального военного штаба.

Эта армия заслуживает отдельного внимания.

Ни у кого не вызывает сомнений, что структура была создана турецкими спецслужбами для того, чтобы собрать вместе все разрозненные вооруженные группировки и, таким образом, показать их дееспособность.

Полковник Риад аль-Асад, который дезертировал в июле 2011 года, находился в лагере для беженцев Апайдин в Турции, но жил отдельно от гражданского населения. Чтобы попасть на встречу с ним, журналисты проходили строгий досмотр и сотрудники турецких спецслужб принимали решение, следует ли давать им допуск. Как известно, Свободная сирийская армия просуществовала около года, прежде чем ряд боевиков начал откалываться от нее и заявлять о своей автономии. Однако изначально были и другие организации, такие, как «Джабат Аль Нусра» (филиал «Аль-Каиды» в Сирии) и «Ахрар Аль Шам».

Кроме тех, кто выступает от лица полковника Риада, есть и другие формирования: военный совет ССА, возглавляемый бригадным генералом Мустафой эль-Шейхом; группа Касема Садиддина в Хомсе; Мохаммед Хуссейн эль-Хадж Али, заявивший в сентябре 2012 года о создании Сирийской национальной армии; объединенное военное командование, возглавляемое Аднаном Селу; «Сирийская группа поддержки», представляющая НПО из США, которую считают проектом ЦРУ; объединенное командование военно-революционного совета и генеральный штаб совета верховного объединенного военного командования во главе с бригадным генералом Салимом Идрисом. Хотя среди перечисленных группировок согласия нет, они не стали от этого менее опасными, так как объединены единой целью - свержение действующего правительства. А что будет дальше, никому неизвестно, так как конкретного плана действий по политическому урегулированию и налаживанию мирного процесса нет.

Однако на этот «микс» из боевиков можно (и нужно) посмотреть через призму теории сетевых войн, в которой существует такое понятие, как тактика роя.

Она заключается в том, что небольшие группы или отдельные активисты атакуют более сильного противника. Так как эти группы слишком малы (что удобно для просачивания и совершения различных акций), но многочисленны, их действия причиняют объекту нападения существенные неудобства, постепенно выводя его, таким образом, из строя.

Данная техника действий была названа по аналогии с действиями насекомых типа термитов и пчел, которые защищают свою территорию и дружно набрасываются на «незваных гостей». Так действовали различные группы антиглобалистов при проведении саммитов Всемирного банка, Мирового экономического форума в Давосе и т. п. мероприятий глобальной политической элиты. Безусловно, роевое поведение боевиков усиливается и гражданскими инициативами.

«Гражданская» составляющая в агрессии против Сирии основана на координационных комитетах (Tansiqiyyat), которые не делают акцент на этнической или религиозной принадлежности. Они рассредоточены по всей стране. Часть из них в открытую помогает боевикам, другая часть проводит саботажи, третья занимается исключительно акциями протеста. Такая изменчивая природа характерна для сетевых воинов, которые сегодня делают одну работу, а завтра, в зависимости от обстоятельств, могут резко изменить вид деятельности. Из-за такого переменчивого характера их труднее идентифицировать.

«Чисто гражданский элемент» связан с гендерными и медийными вопросами, проблемами вовлечения детей в вооруженный конфликт и другими гуманитарными аспектами. «Гражданские» эмиссары работают за рубежом, лоббируя интересы в коридорах власти иностранных государств и получая оттуда финансовую помощь.

Хотя основную проблему представляют именно боевики и террористы, роль «общественных активистов» нельзя недооценивать, так как они формируют общественное мнение и распространяют информацию именно в том ключе, который выгоден им, а не факты, помогающие пролить свет на происходящее.

В истории уже были случаи, когда дезинформация приводила к военному вмешательству, в Сирии это тоже может повториться. В качестве таких попыток можно привести намеренную медийную кампанию по поводу применения химического оружия. В 2012 году в ряде западных СМИ прошла информация, что сирийские войска зарядили боеприпасы смесями отравляющих веществ, следовательно, по логике обывателя, это оружие может быть применено. Подобный информационный «вброс» вполне способен был привести к возмущению масс и требованиям к правительствам своих стран применить силу согласно концепции «ответственность защищать» (впервые эта доктрина была опробована при Билле Клинтоне). Однако дезинформация в отношении химического оружия была раскрыты честными журналистами на Западе, и после опровержения эта тема сразу пошла на спад.

Что касается текущего момента, то у Сирии есть сложности с приграничными территориями. Это, прежде всего, Иордания и Турция, где размещены базы подготовки террористов. Как сообщала The New York Times (24.03.2013), с января 2012 года из Катара и Саудовской Аравии было осуществлено более 160 вылетов транспортной авиации, которая доставляла оружие в Турцию. Далее на грузовиках оно направлялось к сирийской границе. Зимой этого года впервые была осуществлена переброска вооружений из Загреба в Амман. На данное время большое количество боевиков находится и на территории Ливана. По сообщениям источников в Ливане, туда прибывает все больше и больше ваххабитов, однако на территории страны они пока не совершают каких-либо терактов.

Часть границы с Сирией находится под контролем «Хизбаллы», которая не допускает проникновения террористов.

По мнению ряда ливанских аналитиков, нынешний политический кризис был вызван намеренно, по заказу США, чтобы дестабилизировать Сирию и лишить ее поддержки тех политических сил и части граждан, которые выступают на стороне Асада.

Правительство Нури аль-Малики в Ираке также заняло сторону Сирии (премьер-министр имеет дружеские связи с Башаром Асадом, к тому же он шиит), хотя в виду довольно сложной ситуации в самом Ираке не всегда удается обеспечить безопасность на границе и пресекать передвижения террористов. Израиль терпеливо ждет развязки, усилив Голанские высоты.

Как будет развиваться ситуация, предсказать сложно. Война может затянуться на многие годы, как было в соседнем Ливане в 1980-х годах. Часть населения категорически не приемлет возможный приход новой власти в лице исламских радикалов, поэтому и этой части сирийцев придется взяться за оружие. Впрочем, добровольцев в рядах вооруженных сил правительства и сейчас немало.

Возможно, некоторое прояснение наступит в конце апреля - середине мая после встречи президента США Барака Обамы с лидерами стран Северной Африки, государств Ближнего Востока и Персидского залива. Обама пригласил к себе глав Иордании, Турции, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов. Король Абдалла, которому Обама уже пообещал 200 млн. долл. дополнительной помощи, должен посетить Белый дом 26 апреля. Реджеп Эрдоган прибудет в США в середине мая. Очевидно, что недавнее примирение Турции с Израилем произошло в русле ближневосточной политики Обамы.

Однако в Вашингтоне избегают давать какие-либо комментарии по этому вопросу, так как, видимо, еще не выработали окончательного решения. Многие продолжают возлагать надежды на Россию. И надежды эти оправдаются, если Кремль будет более жестко пресекать двойные стандарты и нарушения норм международного права.

• Сирийский конфликт в контексте американского вторжения в Ирак
• Сирия: в ожидании нового диктатора
• Сирия: Атлантистская стратегия дезинформации в действии
• Cирия, Грузия и черкесский вопрос
• Дело тонкое