Кривизна политики «мягкой силы» на постсоветском пространстве

В последние годы на постсоветском пространстве активизировалось направление, связанное с так называемой «общественной дипломатией». Многие годы этот инструмент отстаивания национальных интересов был на вооружении у развитых капиталистических стран, прежде всего США. Корпус мира, Агентство США по международному развитию (USAID), религиозные организации и сонм других активно работали в различных уголках мира. Есть и ряд международных проектов, таких как Greenpeace и Amnesty International, преследующих свои цели в узком сегменте политического поля. После распада СССР в постсоветских государствах этот неправительственный кластер активизировался прежде всего за счет донорских вливаний других стран и диаспор.

Постепенно общественная дипломатия начала активно вмешиваться и в политические процессы. Практически все международные и зарубежные организации украинцев, прежде действовавшие в культурном и историческом формате, влились в «оранжевую революцию», выйдя с общественного на политический уровень и выступив на стороне одного кандидата, поддерживаемого США и Западом. Позже, поняв эффективность такого субуровня, другая сторона также начала заниматься общественными вопросами, однако, в случае политики весьма актуально понятие тайминга, когда какое-либо действие может достигать своей цели лишь в ограниченный период времени.

В современной России также начали заниматься этими вопросами - как на государственном уровне, так и пытаясь инициировать подобного рода активность «снизу». К сожалению, ряд проектов все еще остается либо в недоразвитом состоянии, либо страдает от коррупционной составляющей, как, например, фонд «Русский мир», который нередко критиковался за схемы распилов, а другие - за распределение средств среди своих.

Некоторые кампании, подразумевающие выделение и распространение финансовой помощи от лица Российской Федерации, становились объектом и причиной жесткой конкурентной борьбы между получателями в лице пророссийских активистов, что во многих случаях было чревато дискредитацией самой идеи и грызней вместе с «черным пиаром» в процессе получения гранта. Общества дружбы с другими странами также превратились в пародийные структуры, где их руководство в основном традиционно похаживает в посольства на фуршеты, гордясь знакомством с представителями дипломатического корпуса иностранных держав.

Еще одним неудачным примером можно назвать программу переселения соотечественников из-за рубежа в Россию, так как сам механизм привлечения оказался неадекватным, без создания надлежащих условий и кошмарными бюрократическими проволочками. Впрочем эту программу, все же, нельзя отнести к общественной дипломатии, т. к. она полностью реализуется государством.

В некоторых случаях НПО, которые декларируют свою деятельность на поприще общественной дипломатии, или их члены имеют сомнительную репутацию, например, часть Российского Совета по международным делам (уже одно название является калькой с небезызвестного американского Council of Foreign Relations, что говорит о неспособности формирования собственного бренда) - ярые либералы, пытающиеся увести Россию с пути реализации адекватной геополитической стратегии и выступающие за уступки странам Запада, что по сути является подрывной деятельностью в ущерб национальных интересов.

Однако, вряд ли Игорь Юргенс, выступающий за вступление в НАТО, смог бы являться членом этой престижной организации без согласия ее руководства или указания «свыше». Да и масон-банкир Петр Авен явно лоббирует интересы транснационального капитала, входя в президиум этой организации. Хотя, если генеральным директором является Андрей Кортунов, который работал на американский фонд «Евразия» и фонд Сороса «Открытое общество», при этом курировал образовательный проект, который, как известно, был направлен на уничтожение фундаментальной науки и образования в России, то наличие таких фигур в Совете не удивительно.

Предвыборные инициативы Президента России Владимира Путина к привлечению общественно-политических сил страны и населения России к активному участию в политической жизни также нашли отклик среди граждан, которые пошли по пути общественной дипломатии. Все это происходит с учетом серьезных структурных изменений социально-политического поля во всем мире, в котором действующие лица переходят к гибким, менее иерархичным и сетевым структурам взаимодействия. И диаспоры не являются исключением.

Интересно, что попытки строительства идеологии своих республик начали проводиться сразу после распада СССР, и они в некоторых случаях осуществлялись именно с помощью диаспор! Пример тому - Украина, где даже на телевидении вошел в моду канадский диалект и галицийский акцент. Кстати, украинская диаспора в России имеет амбивалентную репутацию из-за явной радикальной политизации деятельности некоторых ее членов (например, ярый критик действий России и антипутинец Валерий Семененко), которая является недружелюбной в отношении официальной повестки дня России.

Еще один пример работы диаспор - это Азербайджан, где покойный президент Гейдар Алиев уделял значительное влияние проекту «азербайджанизма», который с одной стороны был связан с тюркским элементом, но с являлся попыткой культивировать самобытный национальный дух. При этом упор был сделан на этнический и языковый элемент, так как этот проект подразумевал азербайджанцев Ирана и общины в других странах. В России при непосредственном участии Гейдара Алиева был создан Всероссийский Азербайджанский Конгресс. Однако, он оказался практически мертворожденным и не дееспособным, так как помимо формального открытия представительств и своих ячеек, реальная политика - более сложное дело.

Можно сказать, что идея Гейдара Алиева полностью получила понимание лишь в 2012 году, когда был создан Союз азербайджанских организаций России (САОР). Инициатива исходила от самих азербайджанцев в России, связанных узами родства с Республикой Азербайджан, следовательно, это был реальный отклик с «низов», «глубин» азербайджанского народа, который волей судьбы был разделен с национальным государством. Возможно, раньше этот проект и не смог бы воплотиться в жизнь из-за наличия дублера в лице Всероссийского Азербайджанского Конгресса, но время берет свое.

Как сетевая структура, созданная по инициативе лидеров азербайджанских общин и землячеств, САОР в своем потенциале во многом превосходит созданный Гейдаром Алиевым Конгресс, хотя отражает практически ту же идею, а именно - централизованное и оперативное решение вопросов азербайджанцев (сама диаспора в ходит в тройку самых многочисленных в России, а ее представители не только являются обычными трудовыми мигрантами, но и связывают свою будущую судьбу именно с Россией) и намерение выстроить широкий общественный диалог между двумя странами.

Что характерно, сами члены САОР ассоциируют себя частью общества именно Республики Азербайджан, что в современном взаимосвязанном мире могло бы способствовать решению многих вопросов на благо обеим странам. Не случайно официальный Баку сразу же начал критиковать данное объединение, видимо, неправильно поняв намерения его руководства, в которое входят российские олигархи азербайджанского происхождения, и приревновав его к уже существующему Конгрессу. Возможно, что в будущем слияние обеих организаций или создание на их и других общин основе нового самоуправляемого объединения смогло бы снять противоречия между диаспорами. Тем более, что основное бремя расходов на себя могли бы взять именно бизнесмены, что будет свидетельствовать о реальной общественной политике, не имеющей связи с государственными органами, но направленной на обеспечение интересов обеих стран и их народов.

Думается, что важность этой инициативы должны понять как российские, так и азербайджанские власти, которые в какой-то мере нуждаются друг в друге. Выстраивание правильных отношений могло бы значительно упростить пребывание как трудовых мигрантов из Азербайджана в России, так и их натурализацию, в надлежащей политике, которая завязана на демографию, социальное положение коренных народов России (в данном случае имеется в виду все территории, кроме Дагестана, где азербайджанцы являются коренным народом) и меры по предотвращению всплесков ксенофобии и тому подобных политизированных кампаний.

Данные меры, конечно же, должны распространяться и на представителей иных народов, имеющих свои национальные республики. И к каждому случаю, будь то проблемы диаспоры или единоразовые вопросы, должен быть свой подход.

Как говорит пословица - «куй железо, пока горячо», а это значит, что тайминг и роль сетевых структур должны быть учтены как общественными активистами, так и властью.

• Тактика «геополитического плюрализма»: не дать России стать сильной
• Майкл Макфол: Доктрина свободы либерального ястреба
• Леонид Савин: Автаркия больших пространств адекватна для проекта Евразийского Союза
• Безопасность в информационный век
• Глобальная безопасность