Русский Журнал :: http://www.russ.ru

Михаил Тульский

Российские мусульмане разделены на две враждебные группировки: сторонников верховного муфтия Талгата Таджуддина и московского муфтия Равиля Гайнутдина

Российские мусульмане – вторая по численности конфессиональная группа в России после православных. По данным Госкомстата в 1999 году в РФ постоянно проживали 13,2 млн. этнических мусульман (9% населения РФ; в 1989 их было 11,8 млн.). Из них считают себя мусульманами 8-9 млн. человек (по данным разных социологических служб мусульмане составляют 3-6% россиян), хотя половина из них не ходит в мечеть ни разу в год (такая же ситуация наблюдается и у православных).

К 1990 году на территории РФ существовало два духовных управления мусульман (ДУМ): европейской части СССР и Сибири (ДУМЕС) с центром в Уфе и Северного Кавказа (ДУМСК) с центром в Махачкале. ДУМСК распался на несколько ДУМ, но позже они вновь объединились в Координационный центр духовных управлений мусульман Северного Кавказа (КЦДУМСК). На Северном Кавказе изменилось немногое, возникло только множество не подчиняющихся никому общин так называемых салафитов (они же ваххабиты, боящиеся из-за возможных преследований назвать себя своим истинным именем). КЦДУМСК не является субъектом раскола потому, что в конфликте Таджуддина и Гайнутдина северокавказцы поддерживают... обоих! КЦДУМСК входит в качестве ассоциированного члена в Совет муфтиев России (СМР) во главе с Гайнутдином, но также и принимает участие в акциях сторонников Таджуддина (например, в последней конференции «Исламская угроза или угроза исламу», прошедшей 28 июня в Президент-отеле). Идеологически они скорее ближе к Таджуддину (Албогчиев заявляет, что северокавказский ислам основан на суфизме, а ваххабиты, к которым так лояльно относится Гайнутдин и особенно его радикальное окружение, напрочь отрицают суфийскую традицию), но Гайнутдин располагает более обширными финансовыми и медиа-ресурсами.

Раскол в большей степени затронул ДУМЕС, переименованное в 1992 году в Центральное Духовное Управление мусульман России и европейских стран СНГ (ЦДУМ). В 1991 году муфтии Габдулла Галиулла и Нурмухаммад Нигматуллин создают независимые духовные управления Татарстана и Башкирии, а саратовский имам Муккадас Бибарсов – Межрегиональное управление мусульман (позже – ДУМ Поволжья). Эти акции были вызваны националистическими побуждениями: Всероссийский татарский общественный центр вместе с Галиуллой требовал перевести центр ДУМЕС из Уфы в Казань (иначе обещал отторгнуть от ДУМЕС татарские общины по всей России), а Нигматуллин упрекал Таджуддина в том, что Талгат – татарин, а в Уфе должен быть главным башкир (хотя в Башкирии число татар больше, чем башкир). Демарш же Бибарсова вызван его непомерными амбициями: позже, в 1996 году, он зарегистрировал организацию «Мусульмане России» в надежде стать главным мусульманином РФ.

30 сентября 1992 года раскольники объединяются в Высший координационный совет Духовных управлений мусульман России (ВКС ДУМР), в который кроме вышеуказанных персоналий входит Нафигулла Аширов, ставший к тому времени муфтием созданного им же ДУМ Азиатской части России. Нафигулла Аширов сейчас – главное действующее лицо СМР: хотя формально главой СМР является Гайнутдин, фактически там всем заправляют Аширов и Абдул-Вахед Ниязов. В 1971 году Аширов был осужден в Тюмени за грабеж, после освобождения был вновь осужден (на этот раз за хулиганство), а в 1990 прошел обучение в признанном центре исламского радикализма и ваххабизма – в Университете им. Амира Абдель-Кадира (г. Константин, Алжир)

Таджуддин с 1991 года сотрудничал с саудовскими властями и религиозными организациями, но уже в 1992 он разрывает с ними отношения. Причиной разрыва становится то, что саудовцы были готовы выделять миллионные пожертвования лишь для пропаганды ваххабитского направления ислама. То есть саудовцы хотели, чтобы в России вместо возрождения традиционных для России форм ислама – ханафитского и шафеитского мазхабов (правовых школ) – пустил свои корни совершенно чуждый ваххабитский вариант ханбалитского мазхаба.

Чтобы читателю была понятна разница между традиционным исламом и ваххабизмом, необходимо заметить, что ваххабизм – неоисламская секта, появившаяся лишь 200 лет назад, не признающая никаких национальных особенностей и традиций, фанатично преданная букве Корана и идее джихада. Разница между традиционным исламом и ваххабизмом такая же, как между православными и «свидетелями Иеговы». Дело в том, что ислам, как и православие, в процессе утверждения своего господства над соответствующими народами воспринял множество национальных и доисламских обычаев и традиций – это абсолютно нормальное явление, сопровождающее в истории все новые религии или философские школы: новая идеология включает в себя элементы старой. Если бы христианство или ислам не восприняли элементы «язычества», то они, безусловно, не получили бы такого широкого распространения: немногие народы согласились бы напрочь отказаться от своей национальной культуры во имя призрачного «царствия небесного». А ваххабиты именно это и предлагают сделать «истинным мусульманам» (саудовцам от своей культуры отказываться не пришлось, так как их культура и легла в основу ислама). Например, один из главных праздников мусульманских народов Татарстана, Башкирии, Средней Азии и Казахстана – Навруз – имеет зороастрийское происхождение и его, по мнению ваххабитов и их афганских друзей талибов, недопустимо праздновать «истинному мусульманину». Точно так же ваххабиты полностью отвергают мистическую традицию суфиев, на которой, по словам лидера КЦДУМСК муфтия Магомеда Албогачиева, основан северокавказский ислам.

С 1991 году в России активно действуют такие светские исламские деятели, как Абдул-Вахед Ниязов и Гейдар Джемаль, также вошедшие в 1992 году в ВКС ДУМР. Они активно сотрудничают с саудовскими посольством и фондами (Фонд Ибрагим бен-Ибрагим, Хаят уль-Игаса и др.) и организуют в России набор исламской молодежи (зачастую 12-14 лет) и ее отправку на обучение в Саудовскую Аравию, где «студенты» знакомятся не только с основами ислама, но и с ваххабизмом. Формально в те годы Равиль Гайнутдин входил в состав ЦДУМ, но фактически он уже тогда сотрудничает с Ниязовым, возглавляющим Исламский культурный центр и получающим значительные саудовские пожертвования. В 1996 году Гайнутдин, уже вышедший из подчинения Таджуддина, основал СМР, который в 1998 фактически объединился с ВКС ДУМР.

Муфтии-раскольники выдвигали в адрес Таджуддина обвинения в том, что он не строго запрещает своим сторонникам употребление спиртного, а также в том, что он позволил установить в мечети Набережных Челнов православные кресты и шестиугольные звезды Давида. Однако, когда это им выгодно, гайнутдиновцы тоже не гнушаются заявлять о близости авраамических религий.

Не скрывает Гайнутдин и своего положительного отношения к ваххабизму: «Ваххабизм – это официальная идеология Саудовской Аравии, где нет ни терроризма, ни экстремизма, которые основывались бы на ваххабизме. Ваххабизм основан на учении Корана и Сунны Пророка... В начале 90-х годов несколько сот наших молодых людей поехали в институты и университеты Саудовской Аравии, которая оплачивала все расходы наших студентов. Ни одна другая страна исламского мира не смогла принять столько абитуриентов в свои исламские центры. Королевство Саудовской Аравии приняло наших студентов и подготовило их», – заявил Гайнутдин в интервью «НГ-религиям» (от 29.11.2000). А второй человек в СМР, Нафигулла Аширов выражает свое сочувствие талибам, разрушившим в марте 2001 года все буддийские, индуистские и античные памятники культуры в Афганистане. «Афганистан моноконфессиональное государство, и решение, должны ли находиться в мусульманской стране памятники языческого прошлого, – внутреннее дело Афганистана. Западная истерика по поводу уничтожения афганских будд имеет исключительно политическую природу... Талибы, они политические противники и их травят тогда, когда грехи других предпочитают не замечать» («НГ-религии» от 14.03.2001 г.).

Кроме чисто исламских деятелей вокруг Гайнутдина группируются довольно странные люди: это «русские фашисты», разочаровавшиеся в способности православных «избавить Россию от жидов» и видящие теперь избавителей в исламских радикалах (ваххабитах, талибах). К этой группе относится Валентин Пруссаков (в последней своей книге «Прах Гитлера» он почти обожествляет фюрера), занимающийся «пиаром» саудовских лидеров и других ваххабитов в «патриотической прессе». Иногда, впрочем, он печатает статьи и в «Независимой газете» и «НГ-религиях». Также это Максим Шевченко (ответственный редактор «НГ-религий», где он и пропагандирует соответствующее крыло мусульман от Гайнутдина до саудовского принца и лидеров талибов) и Алексей Малашенко (сотрудник «Карнеги-центра», написавший еще в 1995 году статью «Русский национализм и ислам», где делает вывод о необходимости объединения исламских и русских фундаменталистов). Несмотря на активность этой группы в пропаганде идей ваххабизма и других форм мусульманского радикализма, они формально остаются православными, а в разговорах с чужими людьми даже называют себя «либералами».

Одно время группа Гайнутдина чувствовала свою победу над умеренными мусульманами Таджуддина, который 10 июня 2001 году во время встречи с Путиным заявил: «Мы не хотим, чтобы у нас в стране были ваххабиты и те, кто из чужих стран нас хочет учить... Испокон веков православие и ислам шли вместе, в течение 300 лет в России они были основой государства». Гайнутдин имел за собой не только финансовые средства нефтяных арабских королевств, но и поддержку Кремля. Группе Гайнутдина долго удавалось вводить Кремль в заблуждение (заявлять о своей лояльности к Администрации Президента, а самим поддерживать то ваххабитов, то Лужкова). Но сейчас, похоже, и в Кремле начинают понимать, что невозможно бороться с ваххабизмом в Чечне и культивировать его в Москве. Последние конференции партии «Евразия», проведенные в Президент-отеле в апреле и июне 2001 года при поддержке Кремля, в которых принял активное участие Талгат Таджуддин, доказывают, что удача может изменить Гайнутдину.